evgen_gavroche | Бунтарь и дрессировщики

ВМоскве готовится к изданию книга бесед с Петром Павленским, находящимся сейчас в Бутырской тюрьме. Художник был задержан после того, как провел акцию "Угроза": поджег двери здания ФСБ на Лубянской площади. Фрагмент новой книгиопубликован на сайте The Art Newspaper, а мы, с любезного разрешения издателя Ильи Данишевского, публикуем отрывок, посвященный отношениям Павленского с родителями.

С Петром Павленским беседовала Анастасия Беляева.

– Ты в Питере родился?

– Да.

– Где ты родился? В центре, на окраине?

– Я родился на ленинградской окраине, это был район юго-запада, Ленинский проспект. Потом родители перевезли меня на другую окраину – метро "Приморская". А когда я стал размышлять о политической ситуации, то делить со мной квартиру для матери стало сложно. Она быстро устала. Моя мать – это человек, который считает, что с милицией надо дружить, а соседей бояться; что, если обыск происходит, значит, ты себя как-то неправильно повел. И все, мы разъехались в разные коробки, чтобы больше не сталкиваться.

– Ты не общаешься с мамой сейчас?

– Почему, иногда общаемся. Например, на страницах уголовного дела: "Добрый, ласковый, всегда улыбается" (характеристика, которую дала мать П. Павленскому. – Прим. ред.). Нехилая, конечно, характеристика. Почти диагноз для психиатрических учреждений.

– Не живешь рядом?

– Да, мы не находимся рядом и общаемся мало. Могу иногда пообщаться, чтобы узнать, что может сказать человек, у которого единственный идол – телевизор. Позиция человека – что все, что ты говоришь, что весь твой порядок мыслей, – это должна быть просто калька с того, что сказал телевизор. Почему? Потому что так безопаснее всего.