"Это был кромешный ад. Мне понравилось".

[evgen_gavroche]

Заграничные истории Райана Уитни: Россия (The Players' Tribune)

У меня была прическа "афро". Настоящая, полноразмерная "афро" из 1977 года. Кучерявая. Огромная. Непокорная. Я не стригся полгода и выглядел как поседевший ветеран войны. И вот теперь сижу в кресле в парикмахерской, смотрю на себя в зеркало и вижу, как мое лицо расплывается в огромной и тупой улыбке.

Парикмахер надевает на меня фартук, заговаривает со мной о спорте или о чем-то еще, а я готов расхохотаться от удовольствия. Я так счастлив, так счастлив!

Парикмахер говорит что-то типа: "Парень, что, черт возьми, с тобой случилось?"

А я в ответ могу сказать только одно: "… Россия".

***

© AFP 2015 / Jeff Zelevansky/Getty Images/AFP

Райан Уитни.

Увеличить фото

В 2013 году я понял, что голеностопный сустав у меня ни к черту. Моя карьера в НХЛ подошла к концу. Мне повезло, потому что за время игры в лиге я заработал много денег и теперь мог спокойно уйти из спорта. Но мне было всего 30 лет. И хотя я уже не мог достаточно хорошо кататься, чтобы играть в НХЛ, хоккей мне все еще нравился, и я знал, что смогу играть в Европе. Представьте себе, что вы бухгалтер, IT-менеджер или кто-то там еще, и ваша карьера заканчивается в 30 лет. У большинства моих друзей не из хоккейного мира жизнь в этом возрасте только начинается.

У парней, оказавшихся в моей ситуации (а таких парней огромное множество), есть два варианта:

1. Смириться с очевидным, пойти учиться и/или начать настоящую работу. Со спортом в таком случае придется распрощаться.

2. Собрать чемодан и поехать на несколько лет поиграть за границу.

Если у тебя нет детей, то второй вариант кажется предпочтительным. Так что я сел за компьютер и начал мечтать о тех славных местах, куда смогу поехать.
Швеция. Чехия. Швейцария. Альпы, боже мой! Было бы здорово. Надо постараться.

Но вот как-то раз мне позвонил мой агент.

— Эй, у нас тут появилось прекрасное предложение из Сочи.

— Сочи… Типа, там Олимпиада?

— Да. Россия, КХЛ.

(Длинная пауза.)

— Россия?

— Россия.

— Они там хоть умеют играть?

— Нет, не очень. Не высший класс.

(Длинная пауза.)

— Россия?

— Россия.

Прежде чем я расскажу вам остальную историю, позвольте сказать, что я вырос в Бостоне. И вот теперь меня хотят усадить в самолет и зашвырнуть на противоположную сторону земного шара в незнакомую мне страну. Я знаю, там ругаются. Детям до 16 и все такое.

Самолет сел в четыре часа утра. Мне пришлось лететь из Бостона в Турцию, а уже потом в Сочи. Голова у меня шла кругом. Глаза покраснели. На выдаче багажа меня ждал парень с табличкой. Совсем как в кино. По-английски он почти не говорил.

Знаете, я не наивный человек, и за границей бывал неоднократно. Но моя первая мысль в аэропорту была такой: дерьмо собачье. Почему буква N наоборот? Все на русском.

Да, все.

Парень отвез меня в мою новую квартиру. Нет более возбуждающего и тревожного чувства, чем то, которое возникает в момент, когда ты приезжаешь в новый город, и тебя везут в твой новый дом. Я увидел, что там повсюду висят олимпийские кольца. Мы приехали в этот большой жилой комплекс, где было несколько сотен новых, как с иголочки, квартир. Улицы аккуратно вымощены. Ряды фонарных столбов.

И ни одной живой души вокруг. Ни одной машины. Ничего.

Парень останавливает машину возле одного из домов. Показывает пальцем: "ОК. Квартира". Потом разворачивается, чтобы уйти, и говорит: "10 часов. Больница. Тест на допинг. Я вернусь. 10 часов".Я говорю, типа: "Погоди, это что, олимпийская деревня?" Просто класс, за исключением того, что Олимпиада уже закончилась.

Я лег на кровать, уставился в потолок и начал повторять: "Что, черт побери, я наделал? Что, черт побери, я наделал?"

Мой водитель приехал утром ровно в десять и повез меня в ближайшую больницу. Дорога заняла 45 минут. Я немного успокоился. Вздремнул. Я повторял про себя: "Ты — хороший игрок, все будет здорово, это новый опыт. Просто расслабься. Ты найдешь в команде новых друзей".

Читать дальше